региональная общественная организация инвалидов

ЦЕНТР ГУМАНИТАРНЫХ ПРОГРАММ

«Российская газета», 20 сентября 2002
Бесконтрольный выстрел в голову

Елена Шмелёва

 Развлекавшийся ракетницей прапорщик попал в ребёнка. Но военная прокуратура считает происшедшее «несчастным случаем»

СЕРЁЖА Аршин находится в коме уже почти месяц. Он выживет. По крайней мере, врачи это обещают. Но может остаться инвалидом. У его родных нет денег на реабилитационную клинику. Прапорщик, стрелявший в мальчика, продолжает служить в армии.

В этом маленьком военном городке Подмосковья люди привыкли шумно и с пьяным размахом праздновать все события, происходящие в стране. Так было и 1 сентября. Всё-таки — День знаний! Около одной из пятиэтажек бурлила молодёжь. Был уже двенадцатый час ночи.

Даша Аршина прикрыла форточку и задернула занавеску. Стало потише. Серёжка, её сын, вышел к ней на кухню и протянул синюю чашку: «Мам, налей чаю». И в это же мгновение с пронзительным воем и свистом, пробив стекло и штору, в окно влетел огненный шар. Помещение наполнилось дымом. Даша увидела, как сынишка упал на пол. Она бросилась к нему, непослушными руками приподняла голову. У мальчика было снесено четверть головы. Она не помнит, как прибежали соседи, как выбили окно, как обливали её нашатырём. Не помнит, как зашёл сосед с первого этажа прапорщик Сергей Гнусарев. Он молча посмотрел на окровавленного мальчишку и так же молча ушёл. В память врезались слова врача со «Скорой помощи»: «Главное — довезти».

Серёжу доставили в Никольскую больницу. Хирург Илья Савельев, дежуривший в ту ночь, оперировал мальчика два с половиной часа. А потом Даше объяснили: «У сына огнестрельное ранение в голову правой окологлазничной лобно-височной области. Вдавленный оскольчатый перелом теменно-височной области, массивный перелом свода и основания черепа, тяжёлый ушиб головного мозга. Необходима ещё одна операция. Мальчик в коме, температура под сорок». Серёжу отвезли в МОНИКИ. Мать металась по Москве, необходимо было срочно купить донорскую твёрдую мозговую оболочку, лекарства, памперсы. Через несколько дней — вторая операция. Она длилась шесть часов. Лучший детский нейрохирург Андрей Кедров убрал Серёже остатки поврежденных костей черепа, поставил оболочку и провёл пластику лица. «Я сделал всё возможное, — сказал он Даше. — Теперь всё зависит от организма и реаниматологов». И от... денег, поняла чуть позже Даша.

Все эти дни городок переполняли эмоции. Похожий случай здесь произошел на Новый год. В доме № 33 выгорела дотла квартира от выстрела боевой ракетницы. По счастливой случайности никто не пострадал, и уголовное дело заводить не стали. На этот раз из ракетницы стрелял прапорщик Гнусарев. Его сначала забрали в следственный изолятор, но в тот же день приехал командир полка Анатолий Панфиленко и под расписку о невыезде освободил подчинённого.

Дознание ведёт следователь Одинцовской военной прокуратуры, старший лейтенант юстиции Алексей Егунев. Даша приехала в прокуратуру сама, удивлённая тем, что её никто не пригласил, и спросила: «Почему вы меня не вызываете?». Ответ был лаконичен: «Мы ждём исхода»...

В разговоре со мной Алексей Егунев очень жалел прапорщика Гнусарева. Дескать, попал парень! Только что вернулся из Чечни, и на тебе. «Вот-вот, — подумала я, — возможно, ракетница оттуда же». Зачем стрелял, следствию, кажется, не интересно. Даже не зафиксировали — был ли прапорщик пьян в тот день. Вменяется Гнусареву статья 118 (ч.1) УК — причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности. За это у нас не сажают! Отделается штрафом.

— Но ведь мальчик останется инвалидом? — спросила я следователя. — Почему вы не рассматриваете более «жёсткую» статью 111 (ч.1) — умышленное причинение вреда здоровью, предусматривающую наказание от 2 до 8 лет заключения?

— Потому что происшедшее — случайность! Никто ведь не хотел убивать ребёнка, — говорит Алексей Егунев. — Прапорщику дали отличные характеристики. И потом — ракетницу нельзя отнести ни к боеприпасам, ни к взрывчатым веществам. Одним словом, не усугубляйте ситуацию.

Никто и не усугубляет. Даша Аршина не хочет, чтобы прапорщик Гнусарев оказался в тюрьме. Не видит смысла. Ей нужна от него реальная помощь деньгами. Врачи сказали ей, что восстановление здоровья сына будет длительным и дорогим. Но Гнусарев сопротивляется: «Я гол как сокол, — твердит он повсюду. — Квартира служебная, машины нет, есть дачный участок. Да и мне самому деньги нужны на адвоката».

Дело Гнусарева и Аршиных решится в суде. Но остаётся непонятным, почему остаются безнаказанными любители опасных фейерверков? Командованию военной части № 52806 не мешает провести служебное расследование и выяснить, почему дома у прапорщика хранилась боевая ракетница, почему он стрелял из неё в жилом микрорайоне? Что сделать, чтобы пальба, то приведшая к пожару, то едва не убившая ребёнка, не повторилась.

Но пока создаётся впечатление, что командование озабочено лишь защитой чести своего «мундира», запятнанного на этот раз кровью одиннадцатилетнего мальчишки.

Р. S.: Мы связались с НИИ нейрохирургии им. Бурденко. Подобные черепно-мозговые травмы там лечат, но платно. Очень надеемся, что откликнутся те, кто может помочь Серёже. Адрес семьи Аршиных в редакции.

===== правовой комментарий =====

КАК БЫТЬ в такой ситуации, как у Даши Аршиной? В одном она безусловно права: прапорщик, будучи на свободе, принесет ей и сыну больше пользы (в материальном плане). Хотя выплачивать деньги он теоретически будет и в местах лишения свободы, но в отличие от прошлых лет сейчас в зонах с работой напряженка, и никаких денег прапорщик за колючей проволкой, скорее всего, не заработает.

В Дашином несчастье надо различать две вещи — уголовное дело и гражданское. Следователь решает вопрос о виновности прапорщика, и к материальному содержанию в больнице маленького Серёжи это дело отношения не имеет. Уже сейчас сама Даша должна обратиться в суд с гражданским иском к прапорщику о причинении материального и морального ущерба.

Правда, надо иметь в виду, что иск у Даши примут, но рассматривать его будут лишь после того, как суд в установленном законом порядке признает прапорщика виновным. До этого времени он считается невиновным. И не имеет значения, есть у него какая-либо собственность или средства на оплату лечения и возмещение морального ущерба. Выплачивать он будет по решению суда из своего заработка столько времени, сколько будет необходимо для покрытия всей суммы, затраченной на лечение и приобретение лекарств. Правда, надо помнить ещё одно. Сама Даша должна к суду собрать все счета — на лекарства, на продукты, на лечение, которые лягут в основу будущей суммы. Иначе суд не сможет решить вопрос о конкретных суммах.

Наталья КОЗЛОВА.